Ключ, снеговик и весло под кроватью - Елена Миллер

– Вой под окном ровно в полночь – тоже ловушка? – Как бы, между прочим, спросил инспектор.

– Конечно!

– Сколько у тебя сейчас гостей?

– Было четверо. – Ответила Лариса. – Да вот, при вас вечером еще двое приехали. Все. А ведь выходные…. Раньше с вечера пятницы до утра понедельника продохнуть было невозможно, тарелок не хватало.

– Постой…. Почему четверо? – Удивилась Глаша. – Когда мы тебя ждали, слышали твой разговор с горничной….

– И что?

– Она сказала, что стол на троих накрывает!

– Аааа… Ты об этом. – Логинова покрутила колесико на лампе, полюбовалась золотыми бликами на ажурном основании. – Есть еще одна дама из пятнадцатого номера. Она не в счет.

– Почему?

– У нее, видимо, горе какое-то. Приехала три дня назад вечером, расстроенная, дерганая. Попросила номер с видом на задний двор, из страшилок ничего не заказала, просила не беспокоить. Ест мало, курит много, никуда не выходит, в общей столовой не ужинает, ни с кем не знакомится…. Когда Поленька пыль на картинах в коридоре вытирала, через дверь слышала, как она плачет.

– Она приезжала к тебе раньше?

– Да. Уже бывала! В последний раз она гостила тут летом, дня три, в большой компании. Я ее хорошо помню, такую не забудешь.

– Почему?

– Ну…. Она такая!

– Какая?

– Звезда. – Улыбнулась Лариса. – Красивая, властная, капризная, мужчины от таких без ума. А тут, когда она позавчера приехала, я ее и не признала сразу. Будто подменили. Комок нервов!

– А кто оставшиеся три гостя? Что ты про них знаешь? – Спросил Даниил.

– Да как сказать…. В общем-то, ничего я про них не знаю. Звездочет и Белочка, молодой интеллигент и крошка – студентка, поселились в пятом номере. Звездочета вы видели!

– Имели такое удовольствие. – Кивнул полицейский. – Они у тебя в первый раз, как я понял.

– Вот именно. Всего боятся, как себя вести с горничными еще не поняли, я им даже страшилки на полную мощность не включаю, переживаю за молодых дурачков….

– Надолго они к тебе приехали?

– Номер оплачен c пятницы до вечера воскресенья, то есть полный [битая ссылка] Horror-weekend.

– Звездочет и Белочка. – Задумчиво повторил Гирс. – А кто они на самом деле?

– Он на самом деле – звездочет! – Усмехнулась Логинова. – Яков Семенович Улетов, преподает астрономию в Университете, занимается наукой. Очень неуверенный в себе молодой человек, да оно и понятно – он сам чуть старше своих студентов, поэтому всегда напряжен, взвинчен, что-то кому-то пытается доказать…. Да у него все на лбу написано! Ты же видел.

– А Белочка? – Поинтересовалась Маша.

– Я так полагаю, что это одна из его студенток – старшекурсниц. Влюблен он в нее смертельно, но как себя вести в подобных случаях совершенно не представляет. Они как два щенка, тыкаются друг в друга носами, наступают лапами себе на уши и поскальзываются на собственных хвостах. – Засмеялась Лариса. – Так и подмывает что-нибудь подсказать этим простофилям! Но не буду! Это их первый опыт, пусть набивают свои шишки сами.

– Справедливо. – Согласился Даниил. – Как же на самом деле зовут Белочку?

– Мальвина Клер.

– Это шутка?

– Если это и шутка, то все вопросы к родителям этой девочки. – Логинова помотала в руке кофейник, убедилась, что внутри ничего нет, встала из-за стола. – Я заполняла журнал, видела паспорта. Эти глупышки записались как муж и жена, будто бы я первые десять лет в гостиничном бизнесе….

– Они ужинали в общей столовой?

– Да. «Страшный ужин» с отрезанными пальцами и червяками был накрыт к семи часам вечера.

– Где?

– Ты видел дверь в столовую – напротив елки, левее кухни.

– Кто же последний гость?

– О! Значительный человек! Евгений Аристархович Севрюков. Важная шишка.

– Севрюков…. Что-то знакомое. – Сощурил глаза Гирс.

– Наш местный богатенький Буратино. Владелец фирмы, двух домов, бильярд-клуба и очень белой яхты. – Хозяйка дома прошла на крошечную кухню, включила кран.

– Фирма «Севр»? – Щелкнул пальцами Даниил.

– Она самая. Крупная строительная фирма. Он даже зубочистки с собой носит особенные – с серебряным напылением. Монстр, а не гость….

– Он отдыхает один?

– Пока да.

– «Пока»? Он кого-то ждет?

– Не знаю, но…. – Лариса выключила на кухне кран, нажала на кнопку кофеварки. – Я так думаю, что он в предвкушении какого-то колоссального свидания.

– Ну не томи, докладывай, как следует. – Двинул бровью инспектор. – Почему ты так решила?

– А тут и дедукции никакой не надо! – Лариса загадочно улыбалась, стоя в дверях кухни. Она вытерла руки об передник, начала один за другим загибать пальцы. – За четыре дня до своего приезда он заказал двухместный номер, оплатил его, но сегодня днем появился один. Раз?

– Раз. – Согласился Гирс.

– После ужина он заказал в номер шампанское и два фужера. Два?

– Два.

– В течение дня и вечера он несколько раз спрашивал, не звонил ли ему кто-нибудь на телефон гостиницы. Три?

– Три.

– Примерно за два часа до вашего приезда ему курьером доставили букет роз. Огромный, перевязанный красной лентой букетище, который он сразу поставил в ведро рядом с балконом. Четыре?

– Ну, допустим, четыре….

– И он постоянно прихорашивается, заглядывает в зеркало, шутит с соседями. И он вылил на себя уже полпузыря одеколона. А это, друг мой, самый верный признак! Пять?

– Убедила. – Сдался Даниил. – У тебя есть соображения по поводу того, кого же он ждет?

– Понятия не имею.

– Он женат?

– Конечно! Очень много лет. Имеет взрослого сына, который, судя по сплетням, сам скоро женится на какой-то балерине.

– И он, семейный человек, приезжает сюда для встречи с другой женщиной? – Обомлела Марья.

– Маша, Маша! Радость наша! – Глубоко вздохнула Логинова. – В жизни и не такое бывает! Даже представить себе боюсь, что это будет за красотка! И вот еще вопрос – сможет ли она добраться до «Черного дома»? Снег не прекращается. Такси может и не проехать.

– Представляю, как расстроится ваш Севрюков. – Маша даже за голову схватилась от этой мысли. – Представляете – ждет, ждет человек! Цветы, шампанское, одеколон…. Номер заказал аж за четыре дня. А она не приедет! Так же и умереть с горя можно.

– Тьфу-тьфу…. – Лариса стукнула кулаком по двери, обернулась на звякнувшую кофеварку. – Не надо мне никаких «с горя». В моем доме все всегда счастливы и веселы!

– Значит, этот самый Севрюков ужинал с молодыми людьми на первом этаже?

– Да. – Логинова поставила на стол дымящийся кофейник. – И, уверяю вас, прекрасно провел время.

– Откуда ты знаешь? Ты же с нами была!

– Оля и Поля следили за ужином, в нужное время включали «шорохи в углах» и «стоны под столом». Есть еще светящаяся отрезанная голова в кастрюле, но у нее перегорели лампочки в глазах. Так что сегодня пришлось обойтись без нее. Девочки сказали мне, что ужин прошел прекрасно! Сначала за столом шутил только Севрюков, а Звездочет и Белочка сидели, будто кол проглотили, все роняли на колени и вздрагивали от каждого стука. Но через десять минут к ним присоединилась Анна Мотор со своим спортсменом, и вот тут уж началось настоящее веселье. Отличные гости! Бутылка отменного коньяку и три красного полусладкого «Яда Страсти»! Сказка, а не ужин….

– И все же. – Тихо проговорила Глаша. – Когда же должна приехать таинственная незнакомка, которую так ждет этот герой – любовник?

– Меня больше волнует, как я буду впускать ее в дом. – Уныло призналась Лариса. – Еще кофе?

– С удовольствием. – Кивнул Даниил, но чашку не подал. – Предлагаю выпить кофе в твоей столовой. Очень уж мне хочется поглядеть на отрезанную голову в кастрюле. Пусть даже без светящихся глаз.

– Аа-аа-а! Данечка! – Расхохотавшись, погрозила ему пальцем Логинова. – И тебе не чуждо ничто человеческое?! Я так и знала, что тебе здесь понравится!!! Конечно, пойдемте в столовую, я вам все покажу!

Маша с радостью вскочила из-за стола, но тут же поймала Глафиру за руку:

– Не отходи от меня! Я буду бояться!

В большой столовой было темно и жутко. Центральное место напротив двери занимал высокий узкий камин, над которым тускло светилось старое овальное зеркало. На черных лаковых стенах мерцали оплывающие свечи, вставленные в черные же чугунные бра-подсвечники. В этом неясном свете картины, развешанные по всей комнате, смотрелись совершенно реалистично, страшно. Поясные портреты скелетов отсвечивали белилами и блеклой позолотой. Маша подошла к одному из них всмотрелась в изображение. На полотне скелет Прекрасной дамы, затянутый в синий атлас и белый мех, держал в костлявых пальцах, унизанных перстнями, кубок с вином. Белый череп украшала высокая прическа из уложенной спиралью черной длинной косы. Переливались и искрили драгоценности, надетые на провалившуюся грудь и белый лоб дамы, браслеты скатились на запястье до самого рукава, безжизненно свесились вниз. Картина называлась «За любовь». И было непонятно, виноват ли был тусклый свет в том, что череп давно умершей прелестницы совершенно откровенно улыбался гостям….